The Washington Post (США): почему попытки Запада перезагрузить отношения с Россией снова и снова оборачиваются неудачей

В 2010 году Евросоюз и Россия создали чрезвычайно амбициозное «Партнерство для модернизации», а еще через год канцлер Германии Ангела Меркель выступила с инициативой проведения встреч в замке Мезеберг, чтобы выстроить более тесные и структурированные отношения между Евросоюзом и Россией в области безопасности.

Агрессия России против Украины в 2014 году поставила эти усилия на паузу, но ненадолго. Позже Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, председателем которой тогда была Швейцария, создала Группу видных деятелей (Panel of Eminent Persons), чтобы попытаться подготовить почву для перезагрузки.

После своих довольно резких критических комментариев касательно отношений с Соединенными Штатами летом 2019 года президент Франции Эммануэль Макрон инициировал весьма амбициозный стратегический диалог с Москвой, отправил в Москву министров и создал рабочие группы.

А в феврале текущего года новый верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель (Josep Borrell) совершил собственное широко обсуждаемое путешествие по этому проторенному пути.

Результаты всех этих усилий были более или менее одинаковыми: в лучшем случае ничего, а в худшем — дальнейшее обострение отношений.

Разумеется, есть ряд важных областей избирательного взаимодействия и сотрудничества с Россией, которые пока сохраняются, несмотря на постепенное ухудшение отношений. Администрация Байдена возобновила диалог по вопросам стратегической стабильности и нераспространения ядерного оружия, в Европа стремится обсудить с Россией вопрос о восстановлении Совместного всеобъемлющего плана действий (соглашения с Ираном), вопрос о борьбе с изменением климата и другие международные проблемы.

Тем не менее, несколько ласточек весны не делают. Раз за разом другие события — отравление бывшего двойного агента веществом из группы «Новичок» в Великобритании, постоянные кибератаки, в том числе против парламентов в Германии и Норвегии, отказ оказывать содействие в расследовании крушения пассажирского самолета Малазийских авиалиний, а также попытка отравить Алексея Навального, а затем избежать ответственности, — препятствовали стремлению поставить отношения на более конструктивные рельсы.

Какими бы губительными для отношений ни были эти события, основная скрытая причина неизменного провала попыток перезагрузить отношения заключается в том, что есть целый ряд фундаментальных аспектов, в которых Россия наотрез отказывается менять свою собственную политику, и что она воспринимает любые дискуссии как возможность заставить Европу отступить от ее политики и принципов.

С точки зрения европейцев, главным барьером является политика России в отношении ее ближайших соседей. Признание Южной Осетии и Абхазии независимыми государствами, а также агрессия против Украины (сначала с аннексией Крыма, а затем с созданием российского квазигосударства в Донбассе) — это вопиющие нарушения фундаментальных принципов европейской безопасности.

В 2016 году, когда Евросоюз разработал ряд принципов, на которых должны были основываться отношения с Россией, первым из них стало требование выполнить пункт Минского соглашения о восстановлении территориальной целостности Украины в Донбассе. Пока Кремль не продемонстрировал желания принять какие-либо значимые меры в этом направлении.

Ожидания Кремля от его попыток наладить диалог по вопросу о европейской безопасности включают в себя два компонента. Во-первых, Москва хочет, чтобы за ней признали — прямо или косвенно — право влиять на политику ее непосредственных соседей, то есть фактически ограничивать их суверенитет. Во-вторых, она хочет избавиться от существующих норм ОБСЕ и от других обязательств касательно прав человека, чтобы иметь полную свободу в подавлении собственных граждан.

Провалы множества попыток перезагрузить отношения с Россией преподали нам важный урок: только решительно противодействуя усилиям Кремля, мы со временем сможем заставить Россию перезагрузить ее собственную политику. Это единственный надежный путь к выстраиванию более конструктивных отношений.

Бывший министр иностранных дел Молдавии Нику Попеску (Nicu Popescu) однажды сказал: «У России появится стимул для стремления к перезагрузке только тогда, когда она натолкнется на стену западной бескомпромиссности и когда у нее не останется надежды на то, чтобы обойти эту стену или переждать». По его словам, пока «предложения о перезагрузке, звучащие в адрес России каждые два года, приводят лишь к еще большему неуважению со стороны России к западным интересам в Восточной Европе или на Ближнем Востоке».

Кроме того, не стоит также забывать и о внутриполитической ситуации в России. «Партнерство для модернизации» было продуктом эпохи Дмитрия Медведева, когда главной темой в России была «модернизация». Но те дни давно остались в прошлом, и теперь мы наблюдаем косный режим, который уже начинает бояться, что он может стать довольно хрупким в преддверии неизбежных перемен.

Возможно, нам придется подождать, пока Россия проведет внутреннюю перезагрузку, которая, вероятно, является необходимым условиям для перезагрузки ее отношений с миром. Как сказала Кадри Лиик (Kadri Liik) из Европейского совета по международным отношениям, Евросоюзу и Соединенным Штатам, возможно, придется «приготовиться к многолетнему ухудшению в их отношениях с режимом в Москве — режимом, который медленно приходит в упадок, неспособен себя обновить и который боится за свое будущее».

Карл Бильдт — бывший премьер-министр Швеции

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.