Парадокс опьянения: почему мы пьем? (Forskning, Норвегия)

«Все три дня, что длилась свадьба, гости пили без остановки. В каждый момент времени на ногах оставалось где-то человек 20-30, а остальные, совсем пьяные, ложились на пару часов поспать, чтобы потом со свежими силами снова приняться за выпивку».

Если вы думали, что пьянство — изобретение современное, придется вас удивить. Приведенная выше цитата взята из датского источника XVI века, рассказывает Рагнар Хауге (Ragnar Hauge), который раньше работал в Норвежском государственном институте исследований алкоголя и наркотических веществ, а также в Университете Осло.

И в этой разудалой свадьбе не было ничего исключительного.

У нас в Норвегии церковь требовала, чтобы жених с невестой являлись на венчание не позднее 11 часов. Потому что если службу откладывали на полдень или на час дня, прихожане успевали напиться вдрызг. Зачастую крепкий алкоголь можно было купить прямо за оградой церкви.

Если верить историческим источникам, спиртное текло рекой как в Средние века, так и позднее.

Пиво возрастом в 7 тысяч лет

Конечно, и тогда не было ничего нового в том, что люди пили.

В античных письменных источниках описывается степень опьянения после того или иного количества чаш вина. Пара чаш наполнят вас благородным весельем. После десяти вы впадете в последнюю стадию опьянения — самую мучительную.

Но есть археологические находки, свидетельствующие, что люди пили и до этого. Например, пиво варили еще 7 тысяч лет назад. Наверное, это можно понять, учитывая, как весело проводишь время слегка под хмельком.

Но почему же мы так чувствуем себя от выпивки?

Наша очевидная склонность к пьянству с точки зрения эволюции не имеет никакого смысла. Радует он вас или нет, но в любом случае алкоголь опасен, и от этого никуда не денешься. Если вам нужно убежать от льва или подраться с соперником, пьяным лучше не быть. И с похмелья тоже.

Это хорошо иллюстрирует видео про белку, которая наелась забродивших фруктов.

Да и в современном мире выпивать — дело опасное.

Об этом свидетельствует, например, большое исследование, проведенное в России, где потребляют особенно много алкоголя. Согласно его результатам, более половины смертельных случаев среди граждан 15-54 лет связаны с употреблением алкоголя.

Учитывая все опасности, связанные с опьянением, у нас должно было развиться отвращение к алкоголю. Но мы все равно его любим. Как такое может быть?

У ученых есть несколько идей по этому поводу.

Запретный плод

Несколько лет назад профессор Беркли Роберт Дадли (Robert Dudley) выдвинул так называемую «гипотезу пьяной обезьяны» (по-английски — drunken monkey hypothesis).

Профессор утверждает, что нынешняя склонность человечества к пьянству — это своего рода эволюционное похмелье. Логика следующая.

Алкоголь, а точнее этанол, существует в природе. Но, по большому счету, он появляется лишь тогда, когда дрожжи расщепляют сахар в перезрелых фруктах. А сладкий, спелый фрукт — крайне важный источник калорий.

Так что, ища алкоголь, бонусом можно получить энергетическую премию. Дрозофилы поняли это очень давно — как и наши предки, у которых, по мнению Дадли, развилось влечение к запаху алкоголя.

Этанол — очень летучий компонент, который легко выделяется забродившими фруктами. Благодаря этому нашим алколюбивым предкам проще было находить богатую сахаром пищу.

Легкое опьянение, в которое они, вероятно, впадали, отведав таких фруктов, могло даже усиливать их аппетит, так что они съедали еще больше калорий. Очередной умный ход в борьбе за существование!

К тому же в самом алкоголе калорий тоже очень много.

По мнению Дадли, поскольку содержание алкоголя в забродивших естественным путем фруктах довольно низкое, связанные с ним преимущества были больше, чем вред.

10 миллионов лет назад появился эффективный фермент

«Достаточного эмпирического подтверждения у этой гипотезы пока нет», — говорит Гине Ролл Скьервё (Gine Roll Skjærvø), эволюционный биолог из Норвежского университета естественных и технических наук (NTNU).

Но есть исследования, которые свидетельствуют, что Дадли действительно что-то нащупал.

В 2015 году одно американское исследование показало, что наши предки развили способность лучше усваивать алкоголь примерно 10 миллионов лет назад, во времена, когда люди, шимпанзе и гориллы еще не разделились.

То есть приматы выработали ферменты для расщепления алкоголя еще 70 миллионов лет назад, а это значит, что они время от времени его употребляли. Но 10 миллионов лет назад возникла мутация, которая сделала этот процесс более эффективным, рассказывает Скьервё.

«Это подтверждает гипотезу Дадли. Тот факт, что наш фермент настолько эффективен, означает, что алкоголь был важным ресурсом».

Обезьяны навеселе

В 2013 году другое исследование показало, что обезьяны становятся более устойчивыми к вирусам, если выпивают немного алкоголя.

Эксперименты с людьми также дают понять, что алкоголь в ограниченных количествах может быть нам полезен.

«Это характерно для небольших доз, таких, какие как раз содержатся в забродивших фруктах», — уточняет Скьервё.

Кроме того, наблюдения за дикими обезьянами свидетельствуют, что они охотно употребляют алкоголь, если получают к нему доступ. Например, ученые много лет изучали группу диких шимпанзе в Западной Африке. Они с удовольствием собирали забродивший пальмовый сок из контейнеров, закрепленных людьми на деревьях.

Верветки на карибском острове Сент-Китс тоже пьют. Они специализируются на краже напитков — как алкогольных, так и безалкогольных — у туристов.

Исследования показали, что алкогольные привычки обезьян удивительно похожи на наши: в то время как некоторые воздерживаются, большинство любят выпить группой во второй половине дня. Кто-то много пьет, но прекрасно себя при этом чувствует, отдельные особи становятся алкоголиками. По информации в The Guardian, они не останавливаются, пока не слягут, а нередко даже допиваются до смерти.

Не приспособлены для переработки больших объемов

Таким образом, по мнению Дадли, мы адаптировались к жизни с алкоголем. Но лишь с небольшим его количеством.

Когда люди обнаружили, что могут сами производить алкоголь литрами, начались проблемы. Особенно, когда кто-то додумался, как получить концентрированный алкоголь, больше известный как «спирт».

Нынешнее пьянство до невменяемого состояния и душераздирающие истории алкоголизма объясняются своего рода эволюционным похмельем, считает Дадли: «Мы формировались для совершенно другой жизни, чем та, которую мы ведем сейчас. Поэтому мы не подготовились к опасностям, связанным с большим количеством алкоголя, причем крепкого».

Вот почему то, что так хорошо работало в начале, сегодня для нас превратилось в головную боль. В прямом смысле.

Однако эта гипотеза не без пробелов.

Если нас так привлекает алкоголь, почему мы не пьем постоянно, чуть только у нас появляется такая возможность? Почему не все люди алкоголики?

Зоолог Петтер Бёкман (Petter Bøckman) из Музея естественной истории в Осло считает, что часть человечества пережила еще один период эволюции, который помог нам лучше справляться с нашей новой пропитанной алкоголем жизнью.

Неуправляемое пьянство в Европе

Как уже упоминалось, история Европы просто утопает в выпивке.

Когда почти 10 тысяч лет назад люди стали земледельцами, они начали выращивать зерно и другие растения, из которых можно было делать пиво и вино. Мы не знаем, в каких объемах наши предки производили и пили алкоголь в первые тысячелетия. Но чем ближе к современности, тем чаще попадаются исторические источники, свидетельствующие, что в такие периоды, как Средневековье и позже, пили просто ужасающе много.

Люди пили пиво и вино и ради утоления жажды, и ради опьянения. Иногда все выходило из-под контроля. Возьмем, например, печально известную эпоху увлечения джином в Лондоне в начале XVIII века. Новая политика, поощрявшая производство джина, привела к тому, что на улицах города была непрерывная и неудержимая пьяная вечеринка.

Нечто подобное происходило и в Норвегии в начале XIX века, когда власти сняли запрет на производство крепкого алкоголя.

Употребление крепкого алкоголя подскочило раз в пять, достигнув примерно 7 литров на душу населения в год, написал Хауге в статье 1996 года. Он цитирует старую запись: «За завтраком пропускали „утреннюю рюмочку», в обед пили „для аппетита», полдник тоже не обходился без стакана, а вечером пили „на сон грядущий». Кроме того, у многих бутылка стояла у кровати и ночью — на случай, если будет настроение для одной-двух „ночных рюмочек»».

Дети трезвых

«В последние столетия в Европе случались периоды беспрецедентного пьянства», — говорит Бёкман.

«В XVII веке были люди, которые вообще не трезвели лет с 16 и до самой смерти. В результате многие умирали прежде времени или пропивали все свое имущество. Детей у таких не было».

Нынешние же европейцы — потомки тех, кто мог контролировать потребление алкоголя, говорит Бёкман.

Скьервё из Норвежского университета естественных и технических наук не исключает такое развитие событий.

Однако профессор Лейф Эдвард Оттесен Кеннаир (Leif Edward Ottesen Kennair), психолог-эволюционист из Норвежского университета естественных и технических наук, считает, что нам следует быть осторожными с выводами.

«Человеческое опьянение — сложная вещь, которая затрагивает как биологию, так и культуру. А пара сотен лет — это слишком мало для эволюции. В этом случае, чтобы произошло развитие, воздействие должно быть очень сильным».

«Если бы это было так, мы бы увидели генетические различия между людьми, которые подвергались сильному воздействию алкоголя, и теми, кто ему не подвергался», — добавляет он.

Азиатская защита

Несколько исследований указывают, что такие различия есть.

У населения Восточной Азии, где как минимум такая же долгая история земледелия и производства алкоголя, есть особый ген для усваивания алкоголя.

Из-за этого гена алкоголь расщепляется в организме совершенно иначе. Он-то и является причиной так называемой врожденной непереносимости алкоголя, которую часто называют азиатской. От нее действительно страдают многие азиаты: всего пара бокалов — и человека начинают мучать сердцебиение, скачки давления, тошнота и головная боль.

Такой вариант гена естественным образом предотвращает избыточное потребление алкоголя. Исследование, проведенное в 2010 году, указывает, что этот ген появился, когда азиаты начали выращивать рис, благодаря которому, вероятно, производить алкоголь стало проще.

А вот свидетельств об особых защитных генах у европейцев нет. Но, вероятно, мы можем найти какие-то особо неудачные гены среди групп населения, не так давно знакомых с промилле?

По поводу коренного населения точно не известно

Известно, например, что у американских индейцев, не имевших доступа к алкоголю до появления европейцев, потом были с ним большие проблемы.

Ученые пытались найти объяснение этому феномену в генетике. Несколько исследований свидетельствуют, что у индейцев и белых американцев алкоголь расщепляется по-разному. Но в других работах утверждается, что большой разницы нет.

В 2013 году были опубликованы итоги исследований в этой области. Ученые пришли к выводу, что, по-видимому, существует ряд генов, отвечающих за свойства, влияющие на риск развития алкоголизма: от индекса массы тела до переносимости алкоголя и особенностей личности.

Однако ни один из этих генов не был свойственен исключительно коренному населению Америки.

Согласно исследованиям, до сих пор ничто не указывает, что у индейцев алкоголь расщепляется как-то иначе, чем у остальных этнических групп. С другой стороны, хорошо известно, что многие социальные и культурные факторы влияют на риск возникновения проблем с алкоголем в целом. Это подтверждают и неоднократно в истории человечества предпринимавшиеся попытки решить проблемы, связанные с большим количеством алкоголя.

Ограниченный доступ

Похоже, некоторое ограничение доступа к алкоголю действительно помогает.

Хауге пишет, что в Норвегии люди стали меньше пить, после того как в XIX веке стали появляться общества умеренности и воздержания, а также были введены налоги на продажу крепкого алкоголя и другие связанные с ним ограничения.

Новые исследования из России свидетельствуют, что доступ к алкоголю имеет большое значение.

Данные по смертям, связанным с употреблением алкоголя в стране, в последние годы сильно изменились. Прежде невероятно высокие показатели снизились на 25% после 1985 года, когда Михаил Горбачев ввел ограничения на продажу и большие штрафы за распитие спиртного в общественных местах.

Но когда коммунизм пал, употребление алкоголя и связанная с ним смертность снова выросли. Однако исследование 2014 года показало, что употребление водки и соответствующий риск смерти опять пошли вниз после алкогольных реформ 2006 года.

Таким образом, можно предположить, что решением всех проблем мог бы стать полный запрет. В начале XX века США и европейские страны опробовали этот метод. Но ничего не получилось. Все проекты запретов роднило одно: они проваливались.

Пьяную обезьяну так просто не остановить.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.