Демократия в обороне. Нужно заставить авторитаризм отступить! (Foreign Affairs, США) Часть 2

Продолжение. Начало можно прочитать в Части 1.

Защитить демократию

Такой подход потребует от политиков в Соединенных Штатах и Европе переосмысления самого понятия «продвижение демократии». По большей части этот термин использовался для описания вызывающих уважение усилий по поддержке демократических движений в автократических странах или молодых демократиях. Но со временем Соединенные Штаты и другие развитые демократии стали злоупотреблять им, неправильно применяя его в деструктивных попытках навязывать демократию силой. Однако более глубокая проблема заключается в том, что сама идея продвижения демократии основывается на предположении, что будущее будет более демократичным, чем прошлое.

В свете нынешнего возрождения авторитаризма демократическим лидерам необходимо пере-вернуть это предположение с ног на голову. Конечно, вполне возможно, что некоторые автократии демократизируются в ближайшие десятилетия, и когда такие возможности появятся, развитые демократии должны сделать все, что в их силах, чтобы помочь им. Но главная цель внешней политики США и Европы не должна заключаться в продвижении демократии в странах, где ее еще нет. Вместо этого они должны защищать демократию в тех странах, где она сейчас находится под серьезной угрозой.

Так же, как продвижение демократии развивалось постепенно, защите демократии тоже потребуется время, чтобы развиться. Но есть некоторые немедленные шаги, которые Соединенные Штаты и их союзники должны предпринять уже сейчас. Поскольку Варшава ограничивает свободу прессы, «Радио Свободная Европа» должно возобновить вещание на польском языке, как оно это сделало в 2020 году на венгерском языке. В свою очередь, «Голос Америки» должен отслеживать изменения в Индии, которые могут сделать нужным появление новых программ на хинди. Такие организации, как «Национальный фонд демократии», должны активизировать свою деятельность в подобных странах и соответствующим образом перераспределить финансовые ресурсы, поскольку правительства этих стран подавляют гражданское общество и ущемляют неправительственные организации.

Серьезная приверженность защите демократии также подразумевает использование дипломатических инструментов для оказания давления на нестойких союзников. Это обязательно потребует не только пряника, но и кнута. Одним из таких возможных «кнутов» может стать более широкое применение адресных санкций против чиновников, которые занимаются подрывом демократических институтов. Другой вариант — отложить или отменить запланированные инициативы, которые будут поддерживать недемократические правительства, такие как намерение Пентагона перебросить тысячи американских солдат в Польшу.

Защита демократии также потребует большего внимания к взаимосвязи между внешней и внутренней политикой. В последнее время эксперты и политики вынуждены подчеркивать, как международные проблемы, такие как свободная торговля, влияют на внутреннюю политику: если обычные граждане не поверят, что либеральный международный порядок улучшит их повседневную жизнь, они не захотят нести его бремя. Но эта взаимосвязь столь же сильна и в другом направлении: граждане, утратившие веру в демократические ценности или больше не верящие в свою политическую систему, вряд ли могут быть эффективными защитниками демократии.

Лидеры в развитых демократиях должны решительно бороться с любыми автократическими проявлениями в своей среде. Но они должны избегать использования при этом нелиберальных методов. Это может быть сложной задачей: например, многие демократии все чаще стремятся запрещать экстремистские политические партии, ограничивать высказывания, которые являются пропагандой ненависти, и подвергают цензуре платформы социальных сетей. Эффективность всех этих мер сомнительна. Однако можно сказать с уверенностью: становящиеся на крыло автократы часто используют поразительно похожие законы и законодательные акты для прикрытия концентрации власти в своих руках.

Тесная связь между внешней и внутренней политикой также является основанием для того, чтобы не позволять иностранным диктаторам пытаться ограничивать свободу слова граждан демократических государств у себя дома. Так, за последние несколько лет Китай развернул целенаправленную кампанию по удержанию граждан, муниципалитетов и корпораций в других странах от критики его политики в области прав человека. В Германии, например, город Гейдельберг в 2019 году снял тибетский флаг, развевавшийся у здания мэрии, под давлением китайских дипломатов. После экономических угроз со стороны правительства Китая в том же году Национальная баскетбольная ассоциация раскритиковала Дэрила Морея, тогдашнего генерального менеджера команды Houston Rockets, за поддержку продемократических выступлений в Гонконге.

Хотя, вероятно, окажется невозможным полностью предотвратить такого рода «затыкание ртов» гражданам развитых демократий, Закон о борьбе с коррупцией за рубежом 1977 года может здесь послужить моделью для эффективных ответных мер. Этот закон США создает серьезные препятствия для взяточничества за рубежом, налагая жесткие наказания на корпорации, дающие взятки иностранным чиновникам. Аналогичный сдерживающий механизм может быть создан новыми законами в США и Европе, которые запрещали бы корпорациям и другим организациям наказывать своих сотрудников за критику политики авторитарных режимов. Подобные законы значительно упростили бы компаниям Nike, Volkswagen и команде Houston Rockets со-противление внешнему давлению, заставляющему их сотрудников молчать.

Реформируйтесь или исчезните!

Последним шагом в предотвращении возрождения авторитаризма будет реформа двух основополагающих институтов либерального международного порядка: ЕС и НАТО. Американцы и европейцы, создавшие эти органы, полагали, что их собственные страны никогда не испытают серьезного отката от демократии. В результате ни одна из организаций не имеет прямых средств для отстранения или исключения какого-то государства-члена, чье поведение коренным образом изменилось.

Это особенно проблематично для Европейского Союза, который требует от своих членов пожертвовать значительной частью своего суверенитета, чтобы присоединиться к блоку. Хотя национальным политикам иногда трудно объяснить это своим избирателям, для такой схемы организации европейских стран есть несколько веских причин. Большинство стран ЕС сами по себе слишком малы, чтобы браться за решение транснациональных проблем, таких как изменение климата, или оказывать значительное влияние на мировую политику. Но, поскольку все эти страны разделяют приверженность демократии и верховенству закона, отказ от некоторой степени независимости позволяет им продвигать свои общие ценности.

Однако, согласно той же логике, появление авторитарных лидеров в странах ЕС серьезно подрывает легитимность блока. Гражданам Голландии, возможно, и нетрудно объяснить разделение части своего суверенитета с близкими демократиями, например, Грецией или Швецией, поскольку их базовые интересы в целом едины. Но трудно объяснить политически или морально, почему правила, частично установленные потенциальными дикторами в Будапеште и Варшаве, должны связывать голландских граждан. Если политики в Брюсселе не устранят это противоречие, ЕС столкнется с кризисом легитимности экзистенциальных масштабов — кризисом, который его нынешние институты совершенно не в состоянии разрешить.

НАТО сталкивается с аналогичной проблемой. Как и ЕС, альянс был основан, как ясно сказано в преамбуле Североатлантического договора, на решимости «защищать… принципы демократии, свободы личности и верховенства закона». Однако, поскольку основными целями существования альянса всегда были цели военные, он давно снисходительно подходил к некоторым нарушениям этих принципов. Португалия, один из первых членов НАТО, на момент основания альянса была диктатурой. В течение десятилетий после 1952 года, когда к Североатлантическому союзу присоединились Греция и Турция, обе страны пользовались в НАТО хорошей репутацией, несмотря на периодическое возникновение в них военных диктатур.

Проблема, с которой сталкивается сегодня НАТО, другая. Даже когда Греция, Португалия и Турция были диктатурами, они оставались надежными членами союза; во время холодной войны они уверенно вставали на сторону демократических стран, таких как Соединенные Штаты, а не коммунистических держав, таких как Советский Союз. Теперь некоторые государства-члены НАТО, в том числе Чехия, Венгрия, Словения и Турция, похоже, предпочитают Китай и Россию Соединенным Штатам. Турецкие военные, возможно, даже атаковали блок-пост американских спецназовцев в Сирии в 2019 году. С этими внутренними противоречиями в НАТО трудно бороться. Договор о взаимной обороне в условиях, когда один член альянса может напасть на другого, теряет всякое доверие к себе. Исключить члена НАТО из альянса еще сложнее, чем сделать это в Евросоюзе. Хотя некоторые юристы предложили хитрые обходные пути, основополагающий договор НАТО не содержит в себе каких-либо четких механизмов для приостановки участия или исключения государства-члена.

В обеих организациях исправление этих недостатков потребует огромных политических усилий, серьезного дипломатического давления и, возможно, полного юридического и организационного переосмысления характера этих организаций. Все это веские причины, по которым демократические лидеры, вероятно, не хотят проводить в этих структурах необходимые реформы. Но без механизмов, гарантирующих, что государства-члены либо остаются верными миссиям этих организаций, либо выходят из них, ЕС и НАТО потеряют свое значение и свою актуальность.

Политики, серьезно относящиеся к защите демократии, должны уделять приоритетное внимание реформированию этих институтов, даже если это будет сопровождаться серьезными внутренними конфликтами. Государства-члены, действия которых больше не соответствуют основной миссии ЕС или НАТО, должны либо изменить свою политику, либо согласиться с правилами, позволяющими их изгнать. Однако, если эти реформы окажутся невозможными, вероятно, будет лучше восстановить обе организации на более устойчивой основе, чем позволить им распасться.

Европейские лидеры начинают осознавать угрозу отступления от демократии в своей собственной среде. Новая администрация США пообещала защищать демократию от антилиберальных угроз. Чтобы эта решимость воплотилась в конструктивные действия, государственным деятелям и дипломатам необходимо будет выйти за рамки традиционной дипломатии. Чтобы противостоять угрозе, которую представляют возрождение авторитаризма, мировые демократии должны взять на себя обязательство по осуществлению решительных действий. Если они пойдут на это, то, несомненно, их ждет трудный и полный неопределенности путь, который может стоить им политического капитала и вызвать резкую ответную реакцию противника. Однако альтернатива этому несравненно хуже.

____________________________________________________________________________________

Яша Мунк — доцент университета Джона Хопкинса (частный исследовательский университет в г. Балтимор, крупнейший после МТИ университет США по объему военных заказов — прим. ред.), старший научный сотрудник Совета по международным отношениям США (Совет является наиболее мощной частной организацией по влиянию на внешнюю политику Соединённых Штатов).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.