Al Jazeera (Катар): ЕС проиграл Ливию России?

Ливия расположена всего в двух часах лёта от Европы, поэтому считается ее ближайшей соседкой, а следовательно политические сдвиги и конфликты в этом богатом нефтью североафриканском государстве имеют непосредственные и масштабные последствия для европейских государств. И поэтому Европейский союз уже давно принимает активное участие во внутренних и международных делах Ливии.

В 2011 году ключевые державы Европы, а именно Франция, Италия и Великобритания, поддержали народное восстание в стране, сыграв важную роль в свержении режима Муаммара Каддафи. С тех пор, однако, расходящиеся интересы этих стран в регионе в сочетании с внутренним соперничеством, проявившимся после принятого Великобританией в 2016 году решения о выходе из Евросоюза, привели к непоследовательным шагам в политике ЕС в отношении Ливии.

Отсутствие последовательной европейской политики в отношении этой страны не только усугубило и продлило непрекращающийся конфликт в Ливии, но еще и позволило России расширить свое влияние в регионе.

Соперничество между Италией и Францией

В эпоху, наступившую после свержения Каддафи, главное европейское соперничество в Ливии развернулось между Италией и Францией. Несмотря на то, что эти две страны вместе участвовали в проводившейся под эгидой НАТО военной кампании против режима Каддафи в 2011 году, в последние годы они занимались опасным перетягиванием каната, подрывавшим международные, и особенно европейские, усилия по разрешению ливийского конфликта.

Ключевой задачей Италии в Ливии является сдерживание потока мигрантов, поддержание поставок ливийского газа и обеспечение коммерческой выгоды для действующих в стране итальянских компаний. Французское же правительство менее озабочено вопросами миграции, которая не затрагивает Францию в таком объеме, как Италию. Вместо этого оно больше ориентировано на усилия по борьбе с терроризмом и предотвращение формирования в стране лагерей экстремистских вооруженных группировок. Французская компания «Тоталь» также имеет огромные доли в нефтегазовом секторе Ливии, особенно на юго-западе страны.

Из-за этих расхождений интересов Италия и Франция заняли разные позиции по ливийским вопросам и поддерживают противоборствующие стороны в непрекращающемся конфликте.

С момента краха Каддафи в Ливии доминировали вооруженные группировки, и страна была расколота между двумя соперничающими администрациями: признанным ООН Правительством национального согласия в Триполи и самопровозглашенной соперничающей администрацией на востоке под предводительством мятежного военачальника Халифы Хафтара. Италия, как и большинство других членов ЕС и НАТО, поддерживает Правительство национального согласия, в то время как Франция оказывает помощь Хафтару.

Решение Франции занять позицию, отличную от ЕС, продиктовано многочисленными факторами. Главным сторонником лагеря Хафтара в Ливии являются Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), страна, где размещается не только ключевая военная база Франции, но и второй крупнейший покупатель французского вооружения. Правительство национального согласия, с другой стороны, пользуется поддержкой Турции, страны, вовлеченной в данный момент в соперничество как с Францией, так и с ОАЭ.

Поддерживая Хафтара в Ливии, Франция помогает Абу-Даби претворять в жизнь свои амбиции в регионе, препятствуя при этом планам Анкары по расширению своего влияния на востоке Средиземноморского региона. Другие страны, находящиеся в конфронтации с Турцией, такие как Египет и Греция, также примкнули к оси против Правительства национального согласия.

Обвинения, что Турция «играет в Ливии преступную роль», звучат со стороны Франции по меньшей мере лицемерно, учитывая, что она, сотрудничая с ОАЭ и Египтом, вмешивалась в дела Ливии на стороне Хафтара с 2014 года, в том числе поставляя ему вооружение и обеспечивая политическую и логистическую поддержку. Военное вмешательство Турции началось совсем недавно и строится на законном соглашении, подписанном с Правительством национального согласия в ноябре 2019 года.

Растущее влияние России

Все это вызвало не только раскол в ЕС, лишив его возможности осуществлять влияние над ситуацией в Ливии, но и помешало усилиям ливийского народа, направленным на создание мирного и демократического государства. Кроме того, эти разногласия внутри ЕС создали пространство для того, чтобы Россия стала крупнейшим игроком в Ливии.

Россия поддерживала кампанию Хафтара по свержению Правительства национального согласия, рассчитывая, что генерал-отступник установит в Ливии выгодную для российской повестки новую диктатуру в стиле Каддафи.

Военная кампания 2011 года в Ливии под эгидой НАТО, в результате которой был свергнут режим Каддафи, лишила Москву ключевого союзника и подорвала ее экономические и стратегические интересы в регионе. Поэтому поддержка Россией Хафтара служит еще и способом свести счеты с НАТО.

В 2008 году Каддафи посетил Москву, где он вел переговоры о соглашениях с российским правительством, включавшие новые торговые договоры по вооружению, развитию железных дорог и добыче нефти и газа общей стоимостью около 10 миллиардов долларов. Россия рассчитывает на возобновление этих соглашений, быть может, надеясь на готовность Хафтара заключить их в том случае, если власть окажется в его руках.

Военное участие России в Ливии резко возросло в апреле 2019 года, когда Хафтар приступил к военной кампании по захвату Триполи. Несколько тысяч российских наемников, преимущественно из частной военной компании «Группа Вагнера», были направлены для того, чтобы усилить шансы Хафтара на захват города. Турецкое вмешательство на стороне правительства Национального согласия привело к тому, что силы Хафтара были стремительно вытеснены из Триполи, однако российские боевики не покинули страну после поражения.

Президент России Владимир Путин не отрицает присутствия российских боевиков в Ливии, заявляя, что они не являются представителями государства и не получают денег от российских властей. Российское правительство, разумеется, часто прибегает к подобной тактике. В последние годы Кремль использовал наемников в нескольких конфликтах в мире, от Украины до Центральноафриканской республики, отстаивая свои интересы и отрицая при этом факт какого-либо официального военного вмешательства.

Присутствие российских боевиков в Ливии, однако, является не единственным свидетельством растущего влияния Москвы в этой стране. В этом году Россия также выступила в роли ключевого участника дипломатических усилий по разрешению конфликта.

В январе 2020 года, к примеру, она провела переговоры о заключении перемирия между Хафтаром и главой Правительства национального согласия Файезом ас-Сарраджем в Москве. При том что в переговорах, проводившихся при сопредседательстве Турции, не удалось добиться соглашения о прекращении огня между воюющими сторонами, они поспособствовали закреплению России в роли главной заинтересованной стороны и арбитра в конфликте.

Несколько дней спустя, когда Германия провела крупную международную конференцию по Ливии в Берлине, президент Путин вновь сыграл ведущую роль в попытке разрешить этот конфликт, что придало вес набирающему оборот восприятию, будто будущее Ливии уже невозможно себе представлять без вмешательства России. Более того, после январских встреч в Москве и Берлине Россия тесно координирует свои действия с Турцией, а не с какой-либо из стран ЕС, чтобы гарантировать достижение постоянного прекращения огня и политического урегулирования в Ливии.

Сегодня из-за внутренних конфликтов между европейскими странами и, в особенности, контрпродуктивных стратегий французского правительства ЕС утратил большую часть возможностей и авторитета для оказания влияния в Ливии.

Однако Брюссель не может позволить России диктовать собственные условия в этой стране по своей прихоти, учитывая близость Ливии к берегам Европы. Это будет представлять угрозу безопасности ЕС и его экономическим интересам, особенно если Москве удастся установить авторитарный военный режим в Ливии.

Пока не поздно, ведущие европейские державы должны предложить отлаженную общую стратегию и начать сотрудничать друг с другом, чтобы помочь ливийскому народу построить стабильное демократическое государство. Если они смогут этого добиться, можно будет найти и решение в случае разнообразных угроз, с которыми они могут столкнуться из-за непрекращающихся беспорядков в Ливии, начиная от терроризма и заканчивая усилившейся миграцией.

Учитывая, что военное присутствие России в Средиземноморье представляет собой прямую угрозу для интересов НАТО, новой администрации Байдена следует попытаться вновь принять активное участие в Ливии. Ей следовало бы призвать ключевых европейских союзников и партнеров по НАТО играть более активную роль в ограничении растущего влияния России в Северной Африке.

Европейским державам следует собраться с силами и сосредоточиться на том, что для них важно и что принесет наибольшую пользу, а именно — на помощи ливийцам в строительстве своего надежного демократического будущего.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.