La Croix (Франция): борьба внучки советского депортированного Галины Янчиковой

Эта россиянка борется за то, чтобы вернуть семейную квартиру в Москве, которая была конфискована у ее деда во время советских депортаций в 1941 году по приказу Сталина.

Как глава семьи, Галина Янчикова с гордостью сравнивает две фотографии. Два портрета: один — 1913 года, другой — 2000 года. Из своих папок, толстых фолиантов с рукописными заметками, официальными письмами, открытками и пожелтевшими фотографиями пожилая женщина достает эти изображения двух прекрасных лиц молодых людей, которых разделяет временной промежуток в восемьдесят лет, но объединяет одна семейная история.

Справа — ее дедушка Фридрих, слева — ее сын Артем. Немецкое имя, русское имя. А между ними — целая жизнь, драматичное личное свидетельство репрессий в Советском Союзе, а также политических и административных преград в современной России.

«Мы хотим продолжать нашу борьбу до конца. Чтобы перед Богом и особенно перед нашими погибшими (родными — прим.), сказать, что мы получили то, что государство должно им и нам», — говорит 65-летняя Галина Янчикова, и глаза ее горят. На кухне ее деревенского дома неподалеку от Тулы, в красивой сельской местности более чем в 200 км к югу от Москвы, она рассказывает и одновременно раскладывает на тарелку овощи из сада. В соседней комнате ее внук проходит видео-урок — пандемия коронавируса обязывает. Ее дочь помогает с готовкой. И Галина по порядку рассказывает семейную историю.

В Москву, туда, где все началось

Агрономом по профессии Галина Янчикова с гордостью хвастается своим огородом, виноградными лозами и капустой. Она хочет покинуть эту сельскую местность и цитирует одну из знаменитых строк из «Трех сестер» Чехова: «В Москву, в Москву, в Москву…» Именно в квартиру в российской столице должна привести «борьба» Галины Янчиковой ее семью. Потому что именно там все и началось.

В 1931 году дед Галины Фридрих Бауэрмайстер приехал в Москву из родной Германии, не зная ни слова по-русски, но переполненный энтузиазмом европейских первопроходцев коммунизма. Марксист до кончиков пальцев, он решил приехать с женой и детьми, чтобы помочь Советскому Союзу построить новую социальную модель. И началось это с культуры. Как специалист по музееведению, Фридрих Бауэрмайстер помогал своим товарищам и участвовал в переписывании энциклопедии Homo Sovieticus.

Но система не заставила долго ждать, чтобы начать разрушать саму себя. Вступив в войну против гитлеровского режима, сталинский Советский Союз вел внутри страны охоту на немцев, которые среди прочих были жертвами репрессий. Трагический поворот для Бауэрмайстеров.

Жену, которая вернулась в Берлин после развода и которую считали сообщницей коммунистов, расстреляли нацисты. Из-за своей этнической принадлежности к немцам Фридрих и их дети, а также его новая жена-переводчица, в которую он влюбился, были депортированы советской властью в 1941 году в Казахстан.

Взгляд, погруженный в воспоминания детства

Это было долгое путешествие в Среднюю Азию, на поезде, а затем верхом на лошади. Семья оказалась не в ГУЛАГе, а на поселении в положении полузаключенных. Затем Фридриха привлекали к различным принудительным работам по всей России. «Однако я никогда не слышала, чтобы дед как-нибудь критиковал Советский Союз. Он не был диссидентом», — вспоминает Галина Янчикова, взгляд которой погружен в воспоминания детства.

Будучи человеком осторожным, Фридрих никогда не говорил с ней по-немецки — «иначе сочли бы фашистом….». Став совершенно русскоязычным, он бережно хранил, скрывая их, свои книги на немецком языке. В том числе и первое издание произведений Гёте. Эти произведения когда-то стояли в ряд на полках семейного дома в Москве. Квартиры, конфискованной во время депортации в Казахстан.

Битва десятилетия 

Фридриху, который умер в возрасте 85 лет после того, как покинул Среднюю Азию и начал новую жизнь в России, так и не разрешили поселиться в Москве. Его квартиру в центре столицы получили сотрудники КГБ. Сегодня там офис. «На те деньги, которые стоит мой дом в деревне, я ничего не могу купить в Москве, тогда как государство должно вернуть нам нашу семейную квартиру или ее эквивалент в денежном выражении», — объясняет Галина Янчикова.

Это долгая битва. Нынешний российский режим, не желая осуждать сталинские репрессии, признает эти права, но не обеспечивает их соблюдение. Семье Галины, безусловно, пообещали квартиру. Она 51 025-я в списке. То есть ждать придется примерно… 25 лет.

Именно для того, чтобы ускорить процедуры и сделать так, чтобы государство исполнило свои обязательства, Григорий Вайпан и люди вокруг него при поддержке некоммерческой организации «Мемориал» продвигают голосование по новому закону. Если закон будет принят, Галина Янчикова должна в течение года получить квартиру или финансовую компенсацию. «Больше десяти лет мы сражаемся. Наша судьба — в Москве», — говорит Галина Янчикова, настроенная решительно, как никогда.

Ее вдохновение. Энергия молодого адвоката

Молодой адвокат Григорий Вайпан, посвятивший себя защите прав человека, дал новую надежду Галине Янчиковой. Он борется за то, чтобы ее права и права примерно 1500 семей, ставших жертвами сталинских репрессий, которые были реабилитированы около 30 лет назад, признали де факто. После двух лет судебных разбирательств адвокат выиграл дело в Конституционном суде. Сегодня он мобилизует депутатов, чтобы принять закон и превратить эту первую победу в конкретное обязательство. «Для государственного бюджета эти компенсации не будут стоить дорого. Но они будут иметь символическое значение для истории…» — заявляет он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.