Časopis argument (Чехия): как задушить Россию

Серия напряженных конфликтов в непосредственной близости от России заставила насторожиться даже тех аналитиков, которым чужды теории заговора. Речь идет не только регионах вблизи границ РФ, но и о русском мире в цивилизационном смысле, то есть о тех территориях, которые при Российской империи и СССР связались особенно тесными личными и культурными узами. Неужели действительно всего лишь совпадение, что Белоруссия протестует в момент, когда возобновился конфликт в Киргизии, предвыборную Грузию охватили манифестации, а между Арменией и Азербайджаном вновь разгорелась война?

«Анаконда»

При взгляде на карту понятно, что на западе Россия граничит с прибалтийскими странами и Украиной, пережившей переворот. Правительства этих стран России не симпатизируют так же, как и власти Грузии. Если в Белоруссии власть перейдет в руки антироссийских элит, то на европейском периметре удалось бы взять Россию в плотное кольцо. Волнения Киргизии и война в Нагорном Карабахе — другие важные проблемы на окраине русского мира. И каждая такая проблема осложняет внутригосударственное развитие России, а в некоторых аспектах вредят международному авторитету Москвы. Я уже не говорю о том, что растет угроза крупномасштабной войны.

История любого государства полна черных и белых страниц, и Россия не исключение. Однако в ее сложной истории не найти периода, когда она теснила бы Запад так же, как Запад теснил Россию по всему периметру ее границ. Это западное давление повторяется циклично со времен Крымской войны, и меняются только обстоятельства. Причем каждый раз этот цикл сопровождают разные концепции.

Крымская война (1853 — 1856)

Хотя название этой страны отсылает к одному региону, бои во время нее велись почти по всему периметру Российской империи: от Мурманска до Подунавья, от Черного моря и Кавказа до Дальнего Востока. Война носила прибрежный характер и не коснулась Прибалтики. Некоторые авторы считают одним из следствий Крымской войны продажу Аляски Соединенным Штатам (1867). Русским удалось отразить удар британских и французских военных кораблей на современный Петропавловск-Камчатский (1854), а вот защитить Аляску в случае войны с Британской империей, как оказалось, Санкт-Петербург не смог бы.

Крымская война положила начало долгому противостоянию двух растущих империй, британской и русской. Тогда, во второй половине XIX века, в Лондоне родились идеи о необходимости сдерживать и оттеснять Россию, в том числе с помощью пропаганды. Британская политическая элита разделилась на две части: сторонников наступательной политики (forward policy) и поборников «стояния на месте» (masterly inactivity).

Иностранная интервенция во время Гражданской войны (1917 — 1922).

Нападение государств Четверного союза как продолжение Первой мировой войны продолжалось вплоть до капитуляции Германии. Затем удар нанесли недавние союзники России по Антанте, то есть Великобритания и Франция, к которым присоединились Япония и США. Бои начались с высадки интервентов в Мурманске. Последовало японское нападение на Северный Сахалин и высадка во Владивостоке, в которой также участвовали британские и американские силы. Затем британские, французские и американские войска высадились в Архангельске. Британские силы проникли в Закавказье и Баку. Интервенты высадились в Одессе и Севастополе и устремились на Украину. В то же время британские войска высадились в Таллине. Круг замкнулся.

Новой тогда стала концепция санитарного кордона, которую в 1919 году предложил французский премьер Жорж Клемансо. Подразумевалось, что вокруг России появится блок государств, отколовшихся от России, которые отделили бы ее от Западной Европы и помешали бы распространению коммунизма. Концепция буферных государств соответствовала и представлениям Хэлфорд Маккиндера, одного из основателей англосаксонской геополитики. Он полагал, что необходимо отделить Хартленд (геополитическое ядро Евразии, находящееся в России) от Германии. Кстати, это способствовало созданию Чехословакии.

Холодная война (1946 — 1990)

Кремль извлек уроки из прошлого и во Второй мировой войне успешно избегал боев на двух фронтах, но при этом отправил войска в Иран. После войны вокруг Советского Союза появился собственный пояс из «буферных государств», которые защищали территорию России от конвенциональных вооруженных конфликтов. Но в биполярном мире войны не прекратились, а только перенеслись за пределы России на окраины Евразии и другие континенты.

Эту ситуацию еще до конца Второй мировой войны описал американский геополитик Николас Спайкмен в книге «География мира» (1944). По его мнению, Хартленд теряет значимость, уступая Римленду, поясу береговых территорий Евразии. При взгляде на карту Римленда понятно, что во время холодной войны в этом поясе разворачивались самые острые вооруженные конфликты: конец гражданской войны в Китае, Корейская война, война в Индокитае, в Афганистане, а также арабско-израильские войны и иракско-иранская война и так далее.

На Римленд также была направлена «пактомания» Вашингтона. За возникновением альянса НАТО, который объединяет США и Европу, последовали Манильский пакт и Организация Центрального Договора для части азиатского Римленда, а также пакт АНЗЮС плюс билатеральные договоры с Японией и Тайванем по Тихоокеанскому региону. В результате СССР и КНР были окружены сетью баз в период, когда стратегические бомбардировщики были единственными носителями ядерных зарядов. Некоторые авторы видели в этом окружении стратегию анаконды, стремление обвить и задушить Советский Союз.

Идеологические объяснения конфликта в Римленде, важные для политической жизни Запада, способствовали появлению двух концепций: идеи о сдерживании коммунизма (Джордж Кеннан) и идеи оттеснения коммунизма Джеймса Бернхема. В этом концептуальном расколе заметны отголоски разных британских представлений времен Крымской войны, о чем говорилось выше.

Ничего нового

После окончания холодной войны роль своего рода удушающей петли вокруг России играют такие меры, как расширение НАТО на восток, реализация проекта Национальной ПРО США, а также деятельность Пентагона в Азии. Сюда же относится и попытка создать Организацию за демократию и экономическое развитие (ГУАМ), кордон государств между ЕС/НАТО и Россией, в том числе, из Грузии, Украины, Узбекистана, Азербайджана и Молдавии (после выхода Узбекистана из ГУАМа). Тень подозрения падает и на восточную политику Европейского Союза: по мнению Брюсселя, Россия к востоку не относится.

Давление на Россию носит политический, военный, а также пропагандистский характер. Общую геополитическую картину дополнила, конечно, совершенно случайно история с Навальным. То, что сегодня не совсем понятно называют гибридной войной с Россией, появилось не в этом веке. Канадско-британский историк Филип Лонгворт в своей «Истории империи» пишет, что когда в XVI веке Иван IV начал войну с Ливонией, немцы воспользовались недавно изобретенным книгопечатаньем для производства памфлетов, где рассказывалось, как русские солдаты «20 тысячам человек сначала усекли ноги и руки, а потом повесили», описывались «гнусности, которые они совершали над замужними женщинами, девами и детьми». Уже тогда по миру таким образом распространялись представления о том, что «русские — банда обезумевших убийц, а их царь — образец тирана». Те войны, конечно, были отвратительными, но они ничем не отличались от «наших стандартов».

Конфликт цивилизаций

Манипуляции с цветными революциями после выборов не только получили известность, но и нашли понимание. Менее известны манипуляции, связанные с идеями о конфликте цивилизаций. Это касается, в том числе, войны в Нагорном Карабахе. Но России идея конфликта с исламом в современном его западном представлении чужда. В России проживает более 14 миллионов мусульман (больше чем во Франции и Германии вместе взятых), а это около десяти процентов населения России. В восьми субъектах РФ более половины населения — мусульмане. С 2005 года Россия является наблюдателем в Организации исламского сотрудничества.

Однако культура России уходят корнями в православие. Точно так же, как Армении, в отличие от Азербайджана с его исламской традицией. И это должно было послужить еще одной причиной для того, чтобы Москва считала Ереван своим естественным союзником в конфликте, современная фаза которого началась в последние годы существования Советского Союза. Правда, православные культурные корни есть не только у Армении, но и у Украины и Грузии, государств, которые относятся к самым непримиримым критикам России. Кроме того, православная вера сформировала культуру Болгарии и Румынии, членов НАТО, и я уже не говорю о Греции. Так на чем в подобной ситуации Москва основывать свою политику в отношении Еревана — на православной общности или на прагматичном анализе? Внешнеполитические решения, как правило, принимают, исходя из ряда причин, и традиционное вероисповедание среди них не приоритет. Так делает и Москва, и, например, Анкара.

Переход к многополярному устройству мира создает региональные подсистемы, где могут преобладать отношения, отличающиеся от других подсистем, хотя их субъекты могут совпадать. В таких регионах баланс сил может отличаться от баланса в глобальной системе. Поэтому объективный анализ конфликта в Нагорном Карабахе должен показать, какой была внутренняя и внешняя политика Армении после того, как в 2018 году цветная революция свергла правительство в Ереване. Нужно выяснить, какими личными качествами обладает нынешний армянский премьер Никола Пашинян, а какими — азербайджанский президент Ильхам Алиев и люди из их окружения. Обусловлено ли их отношение к Москве религией? В анализе необходимо также рассмотреть экономический контекст, например, будущее водных проектов близ Нагорного Карабаха на границе с Ираном.

Разрыв конфликта

Трагедия Нагорного Карабаха связана с тем, что обе противоборствующие стороны отчасти правы. То, что при посредничестве России был подписан мир в момент почти полного поражения Армении, подняло решение этого десятилетиями продолжающегося конфликта на новый, во многом более обнадеживающий уровень. Если бы Россия позволила втянуть себя в кровавую войну между Арменией и Азербайджаном, то потери несла бы и она сама, и упомянутые страны. И это помогло бы реализовать геополитический план, в рамках которого Россию стараются задушить, как это делает анаконда, усугубив проблемы близ ее границ.

А может, все не так. Просто международная политика неотделима от географии, и, возможно, на постсоветском пространстве только продолжаются трансформации и разрушения. Скажем, выше описанные события никак не связаны друг с другом. Может, это случайность. Хотя, как Аурик Голдфингер сказал Джеймсу Бонду: «Один раз это случайность. Дважды совпадение. В третий раз действия врага».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.