Трагедия журналистки Ирины Славиной: репрессии и изматывание (Der Spiegel, Германия)

Хотя бы цветы они не трогают. На скамью у ограды регионального отделения министерства внутренних дел в Нижнем Новгороде то и дело кладут маленькие букеты. Ставят и свечи, но их все время убирают.

Несколько дней назад 47-летняя журналистка Ирина Славина села на эту скамью и совершила акт самосожжения. Камера слежения запечатлела самоубийство, и это ужасные кадры. «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию», — написала Славина незадолго до этого в Фейсбуке.

Во вторник состоялись похороны. Сотни людей пришли проститься со Славиной, приносили цветы, появился даже губернатор Глеб Никитин. Когда выносили гроб, раздались аплодисменты. Затем толпа отправилась к скамье у министерства внутренних дел города-миллионника.

Самоубийство Славиной потрясло людей не только в Нижнем Новгороде в 400 километрах к востоку от Москвы. Ее история проливает свет на положение независимых журналистов в России, в особенности вдали от столицы. Несмотря на преследования, они верят в свою работу и продолжают ее изо дня в день.

«Атмосфера вокруг меня сгущается, скоро все рухнет, и я с этим физически не справлюсь. Они раздавят меня», — сказала Ирина Славина в ноябре 2019 года в разговоре с корреспондентом «Шпигеля». Они ощутила на себе, как в последние годы государство все больше ограничивало свободу слова и выражения мнения, как усиливалось давление на нее, — и все потому, что она хотела заниматься своей журналистской работой.

Тогда он сказала, что попытается выстоять, пока ее интернет-порталу Koza press не исполнится пять лет. «Я спрашиваю себя, доживем ли мы, я и мой проект, до этого времени. Честно говоря, надежды у меня нет».

Издательница, главный редактор и репортер в одном лице

Тем не менее Славина справилась. Весной она отметила свой юбилей и продолжила неустанно работать. По ее словам, она упрямая. «Мой отец, капитан, сказал однажды, что бог наградил его упрямством на пятерых».

Три раза её увольняли с работы за нежелание мириться с цензурой. Потом она создала собственное средство массовой информации Koza press, где была издательницей, главным редактором и репортером в одном лице. Жила за счет пожертвований, доходов от рекламы и помощи семьи.

Журналистка писала о коррупции чиновников и депутатов, о преследовании оппозиционеров, делала это эмоционально и с полной отдачей. Она решалась писать о том, что не разрешалось освещать в государственных СМИ. Писала, когда на это оставалось время. «Я провожу больше времени в судах, чем за работой», — жаловалась она в прошлом году.

Штрафы и обыски

Славину оштрафовали на 70 тысяч рублей (около 990 евро) за пост в Фейсбуке о мемориальной доске Сталину, который суд расценил как нарушение только что вступившего в силу закона о «неуважении» к российскому государству и обществу. Среднемесячный доход Славиной составлял в то время около 440 евро. И это был не единственный штраф, наложенный на нее.

Штраф в размере около 20 тысяч рублей (220 евро) ей пришлось заплатить за участие в организации марша памяти застреленного оппозиционера Бориса Немцова.

В последний раз она написала об одном тренере по единоборствам, который, хотя и был заражен коронавирусом, продолжал встречаться с людьми. Ее приговорили к штрафу в 65 тысяч рублей (700 евро) — якобы за публикацию «заведомо ложной» информации, хотя власти подтвердили факт заражения. Славиной в очередной раз пришлось обжаловать решение суда.

В прошлый четверг к Славиной нагрянули силовики. В шесть часов утра двенадцать человек перевернули все в ее квартире вверх дном. Причина: расследование против «Открытой России», организации критика Кремля Михаила Ходорковского, признанной в 2017 году «нежелательной».

Примечательно, что Ирина Славина официально проходила по делу в качестве свидетеля. Как потом написала журналистка, никаких материалов или брошюр «Открытой России» силовики не нашли. Тем не менее они забрали у них с дочерью все флэш-карты, телефоны, компьютеры, записные книжки, ноутбуки. На следующий день Славина покончила собой. После этого ее дочь вышла на улицу с плакатом: «Пока моя мама горела заживо, вы молчали».

«Война на истощение против журналистов»

Региональный следственный комитет не видит связи между обыском в квартире журналистки и ее самоубийством. Друзья Ирины, активисты и оппозиционеры, считают по-другому. Они говорят о последней капле, переполнившей чашу терпения Славиной и толкнувшей ее на этот ужасный поступок, который они считают актом протеста. Другие спрашивают, почему она себя убила, да еще таким чудовищным способом.

Профсоюз журналистов, коллеги, оппозиционеры и организация «Репортеры без границ» требуют независимого расследования.

Критикующая Кремль «Новая газета» назвала смерть Славиной «трагическим результатом беспощадного давления руководства на региональных журналистов». Обыски квартир оппозиционеров стали обычным делом, а сообщения об этом уже не вызывают интереса. «Как получилось, что люди считают террор обычным делом?» — задается вопросом на страницах газеты Кирилл Мартынов.

Правозащитница Таня Локшина из организации Human Rights Watch говорит в Фейсбуке о «войне на истощение против журналистов» в России. Они терпят издевательства и преследования. Прежде всего речь идет о маленьких региональных СМИ, у которых практически нет персонала и финансовой поддержки.

Вот два примера.

Уже десять лет власти пытаются закрыть независимое СМИ «Новые колеса» в Калининграде, долгое время выходившее в виде газеты и известное своими острокритические текстами. Издатель в данный момент находится за границей, ему грозят новые судебные разбирательства. Однако журналисты продолжают работать. В последний раз в пятницу в редакции и в квартире журналиста Алексея Малиновского прошел многочасовой обыск. Причина: статья о коррупции одного из ведущих сотрудников местного министерства внутренних дел. Она содержит, по мнению властей, «заведомо ложные сведения», редакция эти обвинения отвергает. «Мы думаем, что они хотят узнать наши источники и найти дополнительную информацию», — говорит Малиновский, официально проходящий по делу только как свидетель.

Михаил Афанасьев, независимый журналист из Абакана, столицы Республики Хакассия в Южной Сибири, — обладатель печального рекорда: в его карьере на сегодняшний день насчитывается 73 судебных разбирательства и приговора за «распространение лживых измышлений». В последний раз 44-летнего журналиста осудили за то, что он якобы оскорбил местного министра на своем портале «Новый фокус». Как говорит Афанасьев, законами злоупотребляют для давления на журналистов. Он говорит о «государственной машине, давящей ненавистью и презрением». Сигнал таков: мы можем тебя уничтожить. Как он это выдерживает? «Я не хочу потерпеть поражение, не хочу дать им выиграть, я не сдамся». Его поддерживают спонсоры и читатели, однако ситуация становится всё сложнее.

Об этом говорит и его калининградский коллега Малиновский: он опасается, что скоро независимые российские СМИ смогут работать только из-за границы. Оба журналиста потрясены смертью коллеги, они тоже думают, что ее довели до самоубийства.

В Нижнем Новгороде намерены продолжить работу интернет-портала Славиной Koza press. Как именно, решится в ближайшие недели, сообщает ее муж.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.