Le Figaro (Франция): в случае успеха азербайджанского наступления армяне будут выдворены из Нагорного Карабаха

Азербайджанское наступление топчется на месте. Соотношение сил в зоне конфликта не изменилось за десять дней. Готовившееся на протяжении нескольких месяцев масштабное наступление (ему предшествовали турецко-азербайджанские учения) пока что, судя по всему, не в силах прорвать армянскую оборону.

Хронология событий может многое сказать нам о намерениях обеих сторон.

В Баку старательно готовили наступление. Несколько месяцев назад в Нахичевани прошли военные учения, за которыми последовали отставка (по слухам, близкого к Москве) министра иностранных дел Эльмара Мамедъярова, вооруженное столкновение с Арменией в июле и прошедшие всего несколько недель назад на азербайджанской территории совместные учения с Турцией. Все это указывало на усиление военной напряженности.

Разорвав связь с Москвой и проверив в ходе учений координацию турецких инструкторов с азербайджанскими силами, Баку собрал все карты для серьезного наступления, в том числе с предоставленной Анкарой авиацией (беспилотники, F-16). Как отмечал осудивший сговор президент Макрон, нет никаких сомнений насчет участия Анкары в этом конфликте. Как и присутствия сирийских боевиков, которое было подтверждено тремя членами Минской группы.

Можно было подумать, что неожиданное наступление принесет победу, а дроны посеют панику. Тем не менее местные силы оказывают решительное сопротивление, а так называемая линия соприкосновения держится. Жители Карабаха настроены на оборону земли своих предков.

Я сам жил там в течение нескольких лет и могу подтвердить неразрывную связь местного населения с его землей. Территория Нагорного Карабаха (по площади она равна Ливану) вовсе не похожа на рай и представляет собой мало обустроенный и экономически зависимый горный анклав на границах Европы. Но при этом население ощущает не поддающуюся пониманию привязанность к этой земле. Регион долгое время находился под властью внешних держав (арабы, персы, СССР), не знал крупных вторжений и остался в своем первозданном виде. Можно даже сказать, что его населению присущ дух островитян, которые дорожат своим клочком земли посреди моря. В некотором роде, это действительно так — вокруг видны одни только горы.

Наступление удалось остановить, но не обошлось без последствий. Теперь азербайджанские войска обстреливают мирных жителей и города, где нет казарм и военного присутствия. В Степанакерте нет гарнизона: военная часть расположена в нескольких километрах к северу от города. В Шуши тоже нет ни одного танка. Такие слепые обстрелы говорят о полном несоблюдении правил ведения войны и Женевских конвенций. Поэтому азербайджанскому руководству придется впоследствии нести за это ответ.

С его стороны звучит слово «сепаратисты». Но, чтобы стремиться отделиться от чего-то, нужно сначала быть его частью. Нагорный Карабах — не азербайджанская земля. Кроме того, некоторые якобы не понимают, почему конфликт называют международным, а не гражданской войной. Но речь действительно идет о международном конфликте, поскольку ООН приняла четыре резолюции и доверила его урегулирование ОБСЕ. Организации был поручен поиск мирного решения конфликта, в котором нет ни намека на сепаратизм.

Для лучшего понимания ситуации следует вернуться в 1921 год, когда после распада российской и османской империй обширные территории остались без прежних сюзеренов. Нагорный Карабах — горный регион в восточной части современной Армении. Попытка союзных держав сформировать национальную армянскую территорию (подписанный, но не ратифицированный Севрский мир) натолкнулась на противодействие турецких и советских интересов. Большевики и Ататюрк стремились стабилизировать их общие границы и подорвать планы Запада. Для противодействия победившим в Первой мировой войне западным державам они подписали в Москве договор о дружбе (март 1921 года) еще до прекращения боевых действия с армянами (октябрь 1921 года), которые сражались на турецком фронте. Московский договор запрещал обеим сторонам предпринимать враждебные по отношению друг к другу шаги, но в его статье 3 о передаче Нахичевани формировавшему Азербайджану отмечалось, что Турция сможет вмешаться, если владелец этой территории изменится.

Этот момент очень похож на тот, что Турция смогла выторговать себе у британцев по Кипру: он позволил ей провести в 1974 году вмешательство на «законных» основаниях и без осуждения. Целью этого шага было уменьшить южную границу Армении. Для довершения контроля над Арменией Сталин решил на заседании кавказского бюро Компартии в июле 1921 года сформировать Нагорно-Карабахскую область и позволить аннексировать ее новому азербайджанскому режиму. Таким образом, территориальная принадлежность Нагорного Карабаха является результатом аннексии, а не исторических или законных причин.

Так было завершено территориальное окружение Армении. Для лучшего понимания намерений обеих сторон нужно представить себе мышление того времени. Турция Ататюрка была нацелена на консолидацию своего государства, и ее терзал страх появления на восточных рубежах большой Армении, которую представляли себе союзные державы: она могла бы лишить Турцию трети ее нынешней территории. Сталину в свою очередь нужно было стабилизировать кавказскую границу и заняться консолидацией новой империи. Именно эта близость интересов (ее проявлением стала аннексия) лежит в основе нынешнего затяжного конфликта. Так происходит, когда вы разделяете нацию надвое.

Поэтому не нужно упрощенческих объяснений. Это не религиозная война христиан и мусульман. И не кровная вражда. Население Арцаха попросту столкнулось с самоуправной аннексией со стороны советской власти, которая создала ради новой Турции препятствие для формирования большой Армении и зажала ее с помощью Азербайджана в тиски с востока и запада. В результате, Армения по факту оставалась под контролем брата Турции (два государства, одна нация).

Заявления о том, Азербайджан вынужден вести игру на обострение, тоже не способствуют ясности в понимании ситуации. Дело в том, что хотя экономическая ситуация в Азербайджане указывает на определенные мотивы наступления, она никак не связана с задачами Эрдогана, который может долгое время поддерживать огонь войны чужими руками. В любом случае, она не объясняет радикальную позицию двух братьев (Алиев и Эрдоган): конфликт может завершиться лишь с уходом армян. То есть, их главная цель — не допустить формирования (армянского) территориального образования в связующем канале тюрко-мусульманского мира.

Все это возвращает нас к политическим перспективам, поскольку в настоящий момент ничто не указывает на потенциальное изменение тенденции с учетом равновесия присутствующих сил.

Перспектива войны на истощение вырисовывается на горизонте при отсутствии существенных территориальных приобретений. Коме того, регион является вотчиной России с начала XIX века (Туркманчайский договор), когда та утвердилась в южной части Кавказа. С тех пор эта граница с Ираном стабилизировалась, и ни у него, ни у России нет территориальных претензий друг к другу. Западная сфера тоже стала стабильной.

Какую цель тогда преследует Эрдоган, который развернул за последние годы бурную деятельность на нескольких фронтах, прежде всего, в Сирии, Ливии и Восточном Средиземноморье? Как нам кажется, открытые Эрдоганом фронты следуют логике, которую следует рассматривать в свете его войн и врагов, а также унаследованных им договоров.

Стоит понимать, что хотя Ататюрк сумел спасти Турцию от раздела в обмен на утверждение озападненного режима и образа жизни, а также переход страны на западную орбиту безопасности, она скована договором, который блокирует ее экспансию. Лозаннский договор, которому исполнится 100 лет в 2023 году, является в глазах Эрдогана подлежащей ликвидации целью. Он представляет собой ошейник в Восточном Средиземноморье, поскольку очерчивает границы греческих островов и их исключительные экономические зоны у самого побережья Турции. Этот же самый договор определяет границу с Сирией, которая не дает Эрдогану расправиться с заклятым врагом, Курдистаном. Поэтому договор нужно изменить, воспользовавшись относительной слабостью западной оси с уходом американцев из традиционных сфер и тем, что они сейчас полностью поглощены выборами с непредсказуемым исходом. Поэтому сейчас ничто не может помешать ему развернуть бурную деятельность сразу в нескольких международных театрах. Главная цель — пересмотр южных и западных границ. Газ разжигает аппетиты, но для этого нужно разжать затянутую Лозаннским договором территориальную удавку.

На интересующем нас армянским фронте задача в том, чтобы похоронить Минскую группу и вернуть мирный диалог в турецко-российскую конфигурацию, как во времена Сталина, то есть без участия самих конфликтующих сторон. Кроме того, турецкие министры особенно не сдерживали себя в критике Минской группы: «Что дали эти переговоры за 30 лет? Не видно никаких результатов!»

На самом деле Минская группа, которая продолжает заниматься мирным урегулированием по запросу ООН, не потерпела и не может потерпеть неудачу. Соглашение предполагает компромисс, но, как видно по готовности Азербайджана пустить в ход оружие, он не готов к компромиссам и уступкам. Нельзя винить переговоры в отсутствии результатов, если одна из сторон не хочет компромисса.

Кроме того, подрыв логики Минской группы поставил бы Турцию в рамки турецко-азербайджанской оси посреди российской вотчины на Южном Кавказе. Это едва ли пришлось бы по душе Путину, не говоря уже об Иране, которому не нужна прочная ось у своих северных границ. Турции было бы непросто сформировать протурецкое поле в определяющем для России регионе, который очерчивает ее границу влияния с Ираном на юге после почти двух столетий стабильности. Противоположные утверждения продвигают турецкий экспансионизм, который играет против России и шиитского мира Ирана.

Другими словами, задумка была хитрой, но не сработала. Совет безопасности вновь единогласно заявил о том, что Минская группа должна найти мирное решение конфликта под эгидой трех руководящих ей держав: США, Франции и России.

Что касается оглушительного молчания России, единственного арбитра, который может остановить игру, ее позиция остается неоднозначной, несмотря на официальные призывы к прекращению огня и отправку делегации в Ереван. Стоит отметить, что связывающий ее договор безопасности с Арменией не может остановить этот процесс. Напомню, что эта договоренность между Россией и Арменией не касается территории вне государственных границ. Кроме того, Армения не стала жертвой агрессии, и ее существование не под угрозой: конфликт разворачивается на линии соприкосновения в Нагорном Карабахе. Президент Путин действительно выразил «обеспокоенность», как и французский лидер, но достаточно ли этого для незамедлительного прекращения огня? Но если перемирия нет, и война продолжается без победителей и проигравших, во всяком случае без существенных достижений с той или иной стороны, в чем может быть цель шахматиста, если не в ослаблении обеих воюющих сторон?

Гипотеза о том, что Россия стремится к ослаблению обеих сторон, представляется единственной вероятной на данном этапе, поскольку это помешало бы укреплению турецко-азербайджанской оси и подорвало позиции нынешнего армянского руководства, у которого складываются не лучшие отношения с Москвой после бархатной революции. Кроме того, это ослабило бы режим Алиева, который не всегда ведет лояльную по отношению к России игру и периодически закупает оружие в Израиле и Турции.

Редкий случай в истории армян: время сейчас играет им на руку. Удержание линии соприкосновения — единственный способ продемонстрировать их решимость, а также невозможность военного решения, которое бы означало изгнание и ликвидацию их присутствия, как уже было в их трагической истории. Нужно в очередной раз подчеркнуть, что население Нагорного Карабаха не раз показывало демократическим путем свое нежелание находиться под властью Азербайджана. Как можно говорить о возвращении к довоенному положению дел, если оно будет означать уход людей? Поэтому у конфликта может быть исключительно мирное решение, добиться которого может только Минская группа.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.