Страна (Украина): «Были ли вы соучастником узурпации?». Как Порошенко допросили в суде по Януковичу и на что он не смог ответить

Стенограмма допроса. Отрывок

Вопрос: Можно ли рассматривать ваше согласие на предложение президента Януковича занять должность министра экономического развития и торговли Украины 23 марта 2012 года как соучастие в вопросе узурпации власти?

Петр Порошенко: Нет. Потому что цель эта была публично провозглашена касаемо моего участия в составе правительства и состояла из двух частей. Часть первая. Это обеспечение подготовки и соглашения про ассоциацию и договора про всеобъемлющую зону свободной торговли с Европейским союзом. И я концентрировал свои усилия именно в этом направлении. И вторая позиция. Начиная с решения Януковича обратиться к президенту РФ Путину вопреки конституции с приглашением иностранных войск на территорию Украины и осуществления агрессии для меня господин Янукович стал преступником.

— В январе 2011 года, как министр иностранных дел на то время, вы заявили, что Харьковские соглашения (о продлении сроков базирования Черноморского флота — прим. ред.) — это «искусство компромисса». Подтверждаете ли вы свое высказывание?

— Нет. Это исправленное [высказывание]. Я сказал, «безусловно, Харьковские соглашения несут в себе угрозу». Дальнейшее вырвано из контекста и я также убежден, что это тянет за собой последствия для безопасности государства, и я утвердительно акцентирую на том, что преступление господина Януковича состоит в том, что 1 сентября, как было продемонстрировано не один раз и российским правительством, и российским представителем ООН, письмо с приглашением российских оккупационных войск, которыми были сделаны попытки легитимизировать российскую агрессию в Крыму. Подчеркиваю, что я был в Крыму и 27, и 28 числа, лично видел российские войска, имею информацию о десантировании российских войск на полуострове…

— Отвечайте на вопрос, который был задан.

— И настаиваю на наличии [в Крыму] российских войск…

— Видели ли вы полный текст обращения Януковича на 6 страницах от 1 марта 2014 года, про часть которого вы только что предоставляли свидетельские показания?

— Я видел то, что было продемонстрировано господином Чуркиным (на тот момент поспред России при ООН, — прим. ред.) на заседании совета безопасности ООН.

— Как часто вам докладывал генпрокурор Юрий Луценко или другие должностные лица генпрокуратуры про состояние досудебного расследования касаемо Януковича?

— Не докладывал. И я даже не помню про такие случаи.

— Ставили ли вы одним из своих заданий во время выборов 2014 года и дальнейшем нахождении при власти осуждение Виктора Януковича?

— В задание президента в соответствии с конституцией не входит позиция касаемо осуждения, это компетенция суда. Мое задание как президента — обеспечение верховенства права и демократии в стране.

— В таком случае 28 апреля 2017 года в СМИ вы заявили, что «4 мая, как доложил вам генпрокурор, начинается судебное заседание против бывшего президента Януковича по обвинению в госизмене, доказанной следствием, экспертизой и неопровержимыми доказательствами». Делая такое заявление, вы преследовали цель оказать давление на суд и какие именно неопровержимые доказательства вы имели в виду?

(защита Порошенко сняла этот вопрос на основании ст. 91 КПК Украины).

— В обнародованных в мае этого года ваших разговорах с Джозефом Байденом вы согласовывали кандидатуру Юрия Луценко на должность генпрокурора. Было ли ваше решение обусловлено уверенностью, что Луценко доведет дело Януковича к его осуждению при любых условиях?

(защита акцентирует на том, что этот вопрос не относится к делу Януковича и требует ставить те вопросы, которые не смогли поставить на суде первой инстанции).

— Вы лично, как народный депутат Украины, голосовали за постановление о самоустранении Виктора Януковича. Скажите, ваше голосование при отсутствии конституционных оснований для принятия такого решения было нацелено на то, чтобы помешать Януковичу выполнять условия соглашения с оппозицией о «мирном урегулировании конфликта на Украине»?

— Позиция первая. Я не был субъектом соглашения. Я не был его подписантом. Не был участником. И в Верховной раде голосовалось не содержание соглашения. Я, как народный депутат Украины, голосовал за постановление Верховной рады, которое набрало конституциональное большинство голосов в связи с самоустранением господина Януковича. В условиях аннексии Крыма и российской агрессии необходимо было принять меры для обеспечения защиты суверенитета и территориальной целостности Украины. Был предложен текст этого постановления, и я подчеркиваю, что мы действовали в четком соответствии с конституцией, голосуя за постановление.

— С какой целью вы осуществляли давление на Оболонский суд, намереваясь привести его к ликвидации, обеспечивая длительное рассмотрение дисциплинарных производств судей, публичных заявлений о том, что «это дело является огромным достижением прокуратуры», лишая возможности судей принять законное и справедливое решение?

(защита снимает вопрос, говоря о его некорректности и недоказательности формулировок).

— Я категорически опровергаю это.

— Является ли назначенный по совету или указанию Байдена генпрокурором Луценко вашим родственником, то есть кумом?

(вопрос снимается).

— Было ли у вас поручение от главы Верховной рады осуществлять консультации в вопросе урегулирования политического кризиса в АР Крым? Именно с этим поручением вы поехали туда в феврале 2014 года?

— Ваша честь, я хочу подчеркнуть, что инициатива по поводу поездки в Симферополь, в АР Крым Украины в конце февраля 2014 года была моей. Я получал очень тревожные сообщения с мест, когда люди, которые знали меня, сообщали о кардинальном увеличении российских войск на территории АР Крым, про насилие над местными жителями, про убийство крымского татарина… Я обратился к главе Верховной рады и и.о. президента господину Турчинову поручить мне провести переговоры и консультации, в том числе с руководством Верховного совета АР Крыма.

— С кем из должностных лиц вы запланировали встречи?

— В первую очередь, с главой Верховного совета АР Крым господином Константиновым для того, чтобы сделать все возможное для проведения консультаций и невозможности использования легитимных органов крымской местной власти для легитимизации агрессии.

— С кем еще вы должны были провести встречи, чтобы попытаться урегулировать и стабилизировать ситуацию в Крыму?

— Я также провел встречу с господином Куницыным, который на то время представлял официальную власть в Крыму. Я провел встречу с Рефатом Чубаровым, который был заместителем Меджлиса крымско-татарского народа (запрещенная в России организация — прим. ред.), а также с другими людьми, в том числе с депутатами. Убедился в том, что никаких решений Верховная рада Крыма ни о референдуме, ни о других атиконституционных решений не принимала. И это выглядело как фейк. Я прибыл к [зданию] Верховного совета Крыма. Оно была в плотном окружении российских военных и двери были закрыты. И в данном случае речь шла о легитимизации сценария российской агрессии.

— Уточняющий вопрос. Состоялась ли встреча с Константиновым (глава Верховного совета Крыма — прим. ред.)? И что именно на ней обсуждалось?

— Отвечая на вопрос стороны защиты, я подчеркиваю, что за потерю части территории, которую весь мир и международное право квалифицирует как российскую агрессию, незаконную аннексию Крыма, которая подпадает под определение международного права, я просил бы суд использовать именно эту терминологию, а не «потерю территории». И отвечает за это бывший президент Янукович, который легитимизировал это…

Я второй раз повторяю, что с господином Константиновым я встречался. Рассказывал о предложениях, которые состояли в следующем: мы приглашаем депутатов ВС Крыма с полномочиями консультативного движения, чтобы обсудить все вопросы, которые есть, может быть, у народных депутатов, чтобы убрать противоречия. Я получил ответ, что мы такую встречу проведем, и Константинов приложит усилия к организации встречи.

— Почему в таком случае после проведения вами встреч, не давших никакого результата, не приведших к стабилизации политической ситуации, которые не привели к урегулированию политической ситуации в Крыму, вы сразу же 28 февраля 2014 года спешно оставили Крым, не достигнув цели того поручения, которое вам давалось?

(адвокаты Порошенко сняли вопрос).

— Почему вы не учли мнение населения Крыма, которое категорически не поддерживало майдан и антиконституционную смену власти в 2014 году?

(из зала доносится: «Брехня, Крым — это Украина», после чего вопрос сняли).

— Почему вы не использовали свои полномочия по поручению и как представитель ВР по контролю за ситуацией в Крыму и не отреагировали на препятствование адмирала, который также был свидетелем этих событий, осуществлять надлежащую защиту нашей территории с применением оружия?

(Защита требует задавать вопросы к Порошенко как к свидетелю по делу Януковича, не допуская при этом подобных формулировок. Сторона обвинения акцентирует, что вопрос потери Крыма стал следствием в том числе бездеятельности ряда должностных лиц).

— Что вы сделали для урегулирования кризиса после того, как приехали с территории АР Крым? Какие и кому были предложения? И обсуждали ли вопрос с Яценюком?

— Хотел бы подчеркнуть, что попытка не признавать российскую агрессию в этом зале является антигосударственной и антиконституционной, потому что на протяжение всех 5 лет на всех международных площадках факт агрессии, которая началась с 20 февраля 2014 года и де-факто была закончена 27-28 февраля, в том числе я лично свидетельствую о том, что Крым был захвачен российскими войсками во время моего визита. Первая позиция.

Вторая позиция. Я делал все возможное для того, чтобы организовать консультации между Верховной радой и депутатами ВС АР Крым, но поскольку Крым был уже оккупирован, а депутаты Верховного совета Крыма и глава ВР Крыма не имели никаких прав и полномочий, я могу констатировать и свидетельствовать, что ничего от них уже не зависело. В том числе, и несмотря на желание приехать и провести какие-то консультации, российская оккупационная власть запретила им совершать какие-либо шаги.

Я был народным депутатом Украины, и я делал все от меня зависящее, в том числе с риском для собственной жизни. Если вы проанализируете информацию, которая стала публичной с точки зрения перехвата разговоров руководителей Российской Федерации и советников президента Путина — (Лазарева, Суркова) они передавали абсолютно четкие указания атаки на Петра Порошенко, недопуска его в Симферополь и всестороннего препятствования. И вместе с тем я подчеркиваю: меня это не остановило, я провел все необходимые пункты встречи во время своего нахождения в Крыму. И, кстати, был единственным представителем, кто приехал с этой миссией.

Вернулся на Украину и внес предложения немедленно организовать консультативную группу, в которой представители Верховного совета Крыма принимать участие не смогли, потому что Крым находился уже под оккупацией.

Также обращаю внимание высокого суда, что на то время уже было совершено убийство активиста — крымского татарина во время массовых акций, — совершено оккупационной властью, и Крым превратился в оккупированную и аннексированную территорию. Спасибо.

— Вы выступали с парламентской трибуны или другим открытым способом с предложением, чтобы военным способом отбить агрессию и защитить страну?

— Компетенция о применении вооруженных сил принадлежит верховному командующему СНБО. Я готов был и предлагал участвовать в заседании СНБО (28 февраля), но поскольку я не был членом СНБО, меня не привлекли к заседанию.

— Частью 2 ст. 4 «Закона про оборону страны» на президента Украины возложена обязанность в случае вооруженной агрессии принять решение о введении военного положения на Украине или отдельных местностях, применение вооруженных и других формирований, созданных в соответствии с законом, и передать его Верховной раде для утверждения. Почему вами, как президентом Украины, по поводу событий в АР Крым не было выполнена обязанность о введении АТО или оглашении военного положения и всеобщей мобилизации?

(Вопрос снят).

— Свидетель Турчинов сообщал, что военное положение на Украине и АР Крым не вводилось в связи с необходимостью проведения в 2014 году выборов президента Украины. Почему после выборов 2014 года вами, как президентом Украины, военное положение не было введено для защиты нашей территории… Чем вы можете объяснить такую свою противоправную бездеятельность?

(Защита вновь выступает по поводу формулировок, акцентируя на том, что Порошенко — свидетель, а не преступник. Вопрос снимается. Адвокаты Януковича не согласны, но продолжают допрос).

— Какой была ваша реакция насчет неоглашения военного положения в конце февраля и в марте 2014 года?

— Хотел бы отдельно подчеркнуть, что для применения всех необходимых сил и мер была начата антитеррористическая операция.

Выводы из слов Порошенко

Как видим, Петр Алексеевич пытался первую часть допроса сделать невозможное — отмежеваться от власти Януковича, которую поддерживал и даже был министром в правительстве Азарова. Адвокаты припомнили ему не только это, но и заявления о том, что Харьковские соглашения по Черноморскому флоту — это «искусство компромисса».

В целом линия защиты была той же, что и в суде первой инстанции — показать, что Порошенко и другие позволили России захватить Крым. При этом экс-президент так и не ответил на вопрос, почему он не объявил АТО в Крыму и чем «российские оккупанты» в Донбассе отличаются от них же на полуострове.

Отметим также, что большую часть вопросов защиты суд с подачи адвокатов Порошенко снял. Тем не менее получить на них ответы было бы неплохо — чтобы пролить свет на крымские события. И роль в них не только Порошенко, но и Турчинова с Яценюком — лиц, которые управляли страной на тот момент.

Яценюк, кстати, на повторный допрос в апелляционном суде уже вызван.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.