Почему санкции против России внешне неэффективны

Продуктам ограничения не нужны

Российские чиновники много говорят о пользе продовольственного эмбарго. В августе 2014 г. Россия запретила импорт фруктов, овощей, сыров, молока, мяса и рыбы из всех стран, присоединившихся к антироссийским санкциям. Министр сельского хозяйства Александр Ткачев мечтает о его продлении «лет на 10». Производство в АПК последние годы действительно растет – в среднем на 4%. Но объяснять этот рост одними контрсанкциями неверно: в 2013 г., до эмбарго, прирост составлял даже 5,8%. Более значительную роль сыграла растущая господдержка. В 2014 г., по данным Минсельхоза, сельскому хозяйству было выделено 190 млрд руб., в 2015 г. – 222 млрд, в 2016 г. – 223 млрд.
Самые впечатляющие результаты импортозамещения после эмбарго достигнуты в производстве мяса, считает Минсельхоз. Доля импорта в свинине сократилась в 3 раза (с 26% в 2013 г. до 8% в 2016 г.), в мясе птицы – в 2,5 раза (с 12% в 2013 г. до 5% в 2016 г.).
Рост производства мяса не связан с ограничением импорта, возражает руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин. Компании отрасли ввели в строй мощности, заложенные еще в 2012–2013 гг., когда об эмбарго никто и не думал. Инвестиции в мясное скотоводство и производство говядины в серьезных масштабах начались еще в 2009–2011 гг. после того, как господдержка этого направления появилась в госпрограмме развития АПК, считает Юшин. Ни один инвестор не будет вкладывать в долгосрочные проекты, рассчитывая только лишь на санкции, которые сначала вводились всего на год, уверяет он. Рост обусловлен господдержкой и девальвацией, а не санкциями, согласен гендиректор «Русагро» Максим Басов.
Производство сыров, сливочного масла и спредов выросло и в этом есть определенная заслуга эмбарго, считает исполнительный директор Союзмолока Артем Белов. Но в целом отрасль страдает: спрос на молочную продукцию из-за роста цен, вызванного девальвацией, упал на 6–8% только в 2016 г., говорит человек, близкий к одному из производителей. Покупательная способность людей заметно снизилась, а цены выросли по меньшей мере вдвое, так что основной проблемой остаются сокращающиеся доходы населения, признает Белов.
Овощеводам запрет на импорт продукции из Европы, а позже из Турции помог, но главным образом тем, что с введением эмбарго государство занялось поддержкой отрасли. С 2015 г. бюджет компенсирует 20% затрат на строительство теплиц и овощехранилищ в дополнение к субсидированию процентной ставки, и с тех пор пошли инвестиции – с 2015 г. в производство овощей вложено более 100 млрд руб, напоминает президент Национального плодоовощного союза Сергей Королев. Импорт стал снижаться, а внутреннее производство – расти: уже в этом году страна обеспечит себя огурцами на 80%, а помидорами – наполовину. При таком уровне господдержки, но без эмбарго и запрета импорта из Турции овощеводство развивалось бы медленнее. Теперь то, что могли сделать за 10 лет, получится в ближайшие три года, считает Королев.
Выросла и господдержка садоводов: в 2015 г. субсидии были в 5 раз больше, чем в 2010 г., – 2,5 млрд руб. на гектар, напоминает президент Ассоциации садоводов России Игорь Муханин. В результате темпы закладки садов увеличились в 1,5 раза, сообщает Минсельхоз. Заметный прирост их продукции ожидается в 2019–2020 гг., говорит Муханин. Пока яблоки из Европы заместил импорт из Белоруссии, добавляет он. Но плюсы от контрсанкций все же есть: торговые сети стали работать с российскими производителями, на которых раньше и внимания не обращали, считает он.
Рост сельского хозяйства продолжится и в 2017 г., считает директор аналитического центра «Совэкон» Андрей Сизов – за счет растениеводства и животноводства, которые от санкций зависят слабо.